четверг, 27 июня 2019 г.

"Оглянись!" (1983)

Кинопоиск
"Оглянись!" - жестокая драма об отношениях матери с сыном. Намного раньше эту тему затронула Кира Муратова в "Долгих проводах". У Киры Георгиевны кино получилось сдержанное, внешне спокойное, хотя внутреннее напряжение очень хорошо чувствуется. Аида Манасарова тоже поначалу сдерживается, но по мере развития действия постепенно "отпускает вожжи" и завершает историю катастрофой.

Символично выглядит один из первых кадров: пока всё спокойно, но что-то страшное уже надвигается.

В роли матери - любимая актриса Манасаровой Анастасия Вознесенская. Сын Виктор - трудный подросток, смерть отца поставила его на путь саморазрушения. А саморазрушение ребенка - это и саморазрушение матери. Все в одной упряжке. С удвоенной силой она несется в пропасть.

Манасарова в "Оглянись!" затрагивает две редкие темы - полузапретные для советского кино, нежелательные. Первая - это психотерапия. К этому методу лечения психологических проблем тогда в обществе относились настороженно или скептически. По сюжету, мать с сыном понимают, что ситуация критическая, потому решаются на сеанс радикальной психотерапии.

Здесь появляется врач - Андрей Мягков, мощно сыгравший свою роль. Задавая своим пациентам неудобные и жесткие вопросы, он заставляет их честно взглянуть на себя - это больно и страшно. Поневоле и мы, зрители, ставим себя на место героев и получаем психотерапевтический эффект. Мягков с Вознесенской сотворили потрясающий эпизод!

К сожалению, психотерапия не помогает, а могла бы - но так написан сценарий, что до завершения лечения случаются необратимые события. Здесь вскрывается вторая "запретная" темя - самоубийство. Тема, в общем, не такая уж редкая для советского кино. Но затрагивалась она обычно в экранизациях классики ("Анна Каренина", например) или в несерьезном тоне ("В моей смерти прошу винить Клаву К."). В "Оглянись!" ЭТО происходит в наши дни в реальных условиях и на глазах зрителя!

Сценарий Эдуарда Володарского вызывает некоторые вопросы. Напрашивается трагическая развязка, она логична и способна оказать неизгладимый эффект. Но авторы как будто бояться так радикально заканчивать историю. Поэтому героиня выживает, но что будет дальше с ней и с сыном - непонятно... Еще один символичный кадр в конце фильма. Знак "Остановка запрещена" символизирует дальнейший путь, неизвестно куда ведущий. А мог бы быть "кирпич"...

3 комментария:

  1. В оригинальной публикации меня зацепил абзац, не вошедший в текст рецензии:

    Фильмы Манасаровой всё-таки нельзя назвать психологическими, и человеческие души, как ни странно, она не исследует. Ее интересуют исключительно морально-нравственные категории жизни личности, которые уже тогда были устаревшими для кино в целом и для советского кино в частности. Подход Манасаровой хоть и был оригинальным, но оказался слишком ограниченным: если снять "верхний слой" моральной проблематики в ее фильмах - под ним будет пустота.

    Пару недель назад я прочитал вот такой отрывок из интервью Натальи Рязанцевой, сценариста "Крыльев" Шепитько и первой жены Шпаликова:

    ... просто получилось так, что мужчины в большинстве своем, в силу самой своей природы, стали ломаться, спиваться либо примиряться и мельчать, а на первый план вышел тип Умной Женщины. Умняги... Мы раньше других поймали этот тип... В семидесятых советскую жизнь определяли женщины с их органикой, терпением и выносливостью.

    Ольга Седакова не раз в своих выступлениях говорила о наивности и поверхностности "шестидесятников" по сравнению с глубокими и сложными "семидесятниками".

    Я в своей публикации, посвященной фильмам оттепели, написал следующее:

    "Иду на грозу" - литература по происхождению, так же как фильм "Если ты прав". Наверное поэтому в обоих случаях нравственные вопросы оказываются на первом плане. И, наверное, поэтому сегодня с вытеснением литературы визуальная форма становится важнее вербального содержания. Эстетика начинает доминировать над этикой. Мораль не фотогенична.

    Что же произошло в 70-е годы прошлого века? Как соотносятся человеческая "сложность" и мораль? Кто в данном контексте сильный, а кто слабый?

    Продолжение следует

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Упомянутая выше Наталья Румянцева была автором сценария не только "Крыльев" Шепитько, но и "Долгих проводов" Муратовой.

      Удалить
    2. Я в прошлом году забыл разместить здесь ссылку на законченную публикацию, посвященную этой рецензии.

      Удалить

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.