"Переступи порог" (1970)

Оригинал взят у galina_guzhvina в "Переступи порог"

Кинопоиск

"Далеко, за кустами жасмина
Юность, темная, как мезозой,
Где на все наши "вольно" и "смирно"
Отвечала я страшной грозой,
Так боялась вмешательства. (То есть
Посяганий, советов, облав).
...Я не знала, что главная доблесть -
Сохраниться, с людьми не порвав."

Татьяна Бек

Думаю, сложно спорить с тем, что при всей широте охвата темы отцов и детей в русской литературе самый очевидный мотив отношений между поколениями - мотив столкновения и взаимодействия невинности и опыта - разрабатывался в ней на удивление мало и нехотя. Тектоника общественно-мировоззренческой ломки всегда интересовала русских классиков куда больше постепенных накоплений культурного слоя (благо идеологически Россия столь же сейсмична, сколь безмятежна географически, и потому ни один из них не испытывал недостатка в живом материале), что, в свою очередь, надолго определило формат ожиданий публики по отношению к работам указанной тематики: произведения, посвященные исследованию естественной преемственности поколений, практически никогда не становились в России культовыми.

"Через тернии к звездам" (1980)

Оригинал взят у galina_guzhvina в "Через тернии к звёздам"

Кинопоиск

И кажется Вселенная сама одной лабораторией огромной

Горькая обида в адрес обманувшего будущего и оказавшегося жестоким Прекрасного Далёка - вот самая, по-видимому, модная в настоящий момент общественная эмоция в отношении позднесоветской условной Алисианы. Полдень земного человечества, упразднившего границы, деньги, личную неустроенность, победившего войны, бедность, болезни, - не только не наступил, но сам был упразднён даже в виде маячащего социально-научного идеала. Выяснилось, что чем кропотливо устранять изводящие человечество напасти, гораздо проще перевести их в разряд вариаций нормы, а для вящего приятия этой подмены - устранить будоражащую, зудящую в личных несовершенствах каждого мечту.

"Москва-Кассиопея" (1973)

Оригинал взят у zina_korzina в Будет летать? Или нет?

Кинопоиск

Мы сделаем вас счастливыми!

 

...Когда мы в детстве смотрели дилогию «Москва – Кассиопея» и «Отроки во вселенной», мы не задумывались над важным вопросом: куда, в какое столетие вернутся герои повествования. Не получится ли так, что их вояж окажется не нужен грядущему поколению — их встретит обескураженное молчание или слабая попытка понять: зачем эти люди вообще летали? У Станислава Лема есть замечательный, возможно, даже лучший его роман – «Возвращение со звёзд». Космонавт Эл Брэгг прилетает домой, на родную Землю и видит диковинное общество, сформировавшееся за то время, пока он выполнял свою миссию.