Кинопоиск
Прежде чем рассказать об этом интересном не только своим названием фильме, сделаю небольшое вступление, потому что без дополнительной информации понимание увиденного будет неполным. Мне так кажется. Использую картину европейской мемориальной памяти, изложенную Алейдой Ассман в своей книге.
В европейской мемориальной памяти сейчас доминируют два основных мифа – Холокост и Гулаг, центральной темой которых стал идеал жертвы. Географически выглядит так: Западная Европа уделяет большее внимание Холокосту, а Восточная зациклена на сталинизме. У Восточной Европы преобладает жертвенный нарратив, исключающий признание собственной вины. В Германии – доминирует нарратив собственной вины. Статус жертвы звучит иногда, но пока не очень громко.
Прежде чем рассказать об этом интересном не только своим названием фильме, сделаю небольшое вступление, потому что без дополнительной информации понимание увиденного будет неполным. Мне так кажется. Использую картину европейской мемориальной памяти, изложенную Алейдой Ассман в своей книге.
В европейской мемориальной памяти сейчас доминируют два основных мифа – Холокост и Гулаг, центральной темой которых стал идеал жертвы. Географически выглядит так: Западная Европа уделяет большее внимание Холокосту, а Восточная зациклена на сталинизме. У Восточной Европы преобладает жертвенный нарратив, исключающий признание собственной вины. В Германии – доминирует нарратив собственной вины. Статус жертвы звучит иногда, но пока не очень громко.
